Arsenal-l.ru

Я и Мама
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Значение миокардиального рабочего индекса в диагностике гипертрофии миокарда левого желудочка (данные тканевого допплеровского исследования)

Значение миокардиального рабочего индекса в диагностике гипертрофии миокарда левого желудочка (данные тканевого допплеровского исследования)

УЗИ аппарат HS40

Лидер продаж в высоком классе. Монитор 21,5″ высокой четкости, расширенный кардио пакет (Strain+, Stress Echo), экспертные возможности для 3D УЗИ в акушерско-гинекологической практике (STIC, Crystal Vue, 5D Follicle), датчики высокой плотности.

Миокардиальный рабочий индекс (МРИ) — один из наиболее информативных показателей «глобальной» сократимости миокарда [1, 2]. Он описан A. Stoylen и соавт. как «. индекс суммарной работы миокарда (MRI)» и рассчитывается методом допплер-эхокардиографии (Д-ЭхоКГ) по графику допплеровского спектра трансмитрального потока: MRI = (ИВС+ИВР)/ПИКлж, где (ИВС+ИВР) — суммарное изометрическое состояние миокарда, ПИКлж — период изгнания крови из ЛЖ [3]. Этот индекс по сути характеризует соотношение потенциальной (суммарное изометрическое состояние) и кинетической (период динамического изгнания крови из ЛЖ) энергии миокарда ЛЖ. Использование данного индекса ограничено при правожелудочковой дисфункции у больных с сопутствующей легочной патологией и с легочной гипертензией.

В 1995 г. С. Tei и соавт. [4] впервые предложили рассчитывать МРИ (Tei индекс) по допплеровскому спектру трансмитрального и трансаортального потоков при Д-ЭхоКГ. Представляются важными изучение и сравнение значений МРИ, полученных в режиме импульсно-волновой тканевой допплерографии (ТД) и при постобработке тканевого допплеровского изображения (ТДИ).

Цель работы — с помощью методик тканевого допплеровского исследования миокарда (ТД и ТДИ) изучить значимость миокардиального рабочего индекса «Tei» (tМРИ) при гипертрофии ЛЖ у больных с артериальной гипертензией (АГ).

Материал и методы

Для решения поставленной задачи были обследованы 110 человек, из них 80 больных с АГ со стабильным превышением нормативов систолического (САД) и диастолического (ДАД) АД на фоне гипотензивной терапии (критерии ЕОАГ-ЕОК) и с превышением индекса массы миокарда ЛЖ (ИММЛЖ), по данным ЭхоКГ, выше нормативов и 30 здоровых добровольцев, составивших контрольную группу. Все больные были разделены на 2 группы. Степени АГ устанавливались в соответствии с классификацией ЕОАГ-ЕОК. Обследованные пациенты с АГ были разделены на 2 группы по выраженности гипертрофии миокарда ЛЖ с учетом значения ИММЛЖ, рассчитанных в В-режиме ЭхоКГ по программе A-L, с критериями гипертрофии по ИММЛЖ. Наличие гипертрофии определялось по критерию Helak (1981), выраженность гипертрофии миокарда ЛЖ — по значению ИММЛЖ (рекомендации ASE 2005). К 1-й группе были отнесены 40 больных с АГ 1-й (36, или 90%) и 2-й (4, или 10%) степени и с 30-40% гипертрофией ЛЖ, которую расценивали как незначительную или умеренную. Среди больных этой группы были 22 (55%) мужчины и 18 (45%) женщин. Значение ИММЛЖ в контроле составило 74,9±8,0 г/м² (р 0,35 (ТД МФК) и tМРИ > 0,27 (ТДИ базального сегмента боковой стенки левого желудочка).

Литература

  1. Алехин М.Н. Возможности практического использования тканевого допплера. Лекция 2. Тканевой допплер фиброзных колец атриовентрикулярных клапанов // Ультразвуковая и функциональная диагностика. 2002. No 4. С. 112-118.
  2. Ткаченко С.Б., Берестень Н.Ф. Тканевое допплеровское исследование миокарда. М.: Реал Тайм, 2006.
  3. Stoylen A., Skjelvan G., Skjaerpe T. Flow propagation velocity is not a simple index of diastolic function in early filling. A comparative study of early diastolic strain rate and strain rate propagation, flow and flow propagation in normal and reduced diastolic function // Cardiovasc. Ultrasound. 2003 Apr 01; 1(1):3.
  4. Tei C., Nishimura R.A., Seward J.B., Tajik A.J. Noninvasive Doppler-derived myocardial performance index: correlation with simultaneous measurements of cardiac catheterization measurements // J. Am. Soc. Echocardiogr. 1997;10: 169-178.
  5. Дамбаев А.И. Сегментарная систолическая и диастолическая функция левого желудочка у больных ишемической болезнью сердца (по результатам импульсного тканевого допплеровского исследования). Автореф. дис. канд. мед. наук.; НИИ кард. Томск. науч. центра СО РАМН, 2002. 22 с.
  6. Alam M., Wardelle J. et al. Effects of first myocardial on left ventricular systolic and diastolic function with the use of mitral annular velocity determined by pulsed wave Doppler tissue imaging // J. Am. Soc. Echocardiogr. 2000; 13;342-352.
  7. Alam M., Wardelle J., Andersson E. et al. Characteristics of Effects of mitral and tricuspid annular velocities determined by pulsed wave Doppler tissue imaging in healthy subjects // Am. Soc. Echocardiogr. 1999. V.12. P. 618-628.
  8. Borges M.C., Colombo R. C., Goncalves J. G.F. et al. Longitudinal Mitral Annulus Velocities Are Reduced in Hypertensive Subjects With or Without Left Ventricle Hypertrophy // Hypertension 2006. 47. P. 854-860.
  9. Chattopadhyay S., Alamgir M. F., Nikitin N. P. et al. Apex-to-base dyssynchrony in left ventricular systolic dysfunction / World Congress of Cardiology 2006. Barcelona-Spain, Online Abstract: P. 4808.
  10. Keser N., Yildiz Y., Kurtogly N., Dipar I. Modified TEI Index a prognosing parameter in essential hypertension // Echocard. 4. 2005. V.
  11. Lind B., Nowak J., Quintana M., Brodin L. Left ventricular isovolumicvelocity and duration variables calculated from colour-coded myocardial velocity images in normal individuals // Eur. J. Echocardiogr. 2004; 5: 284-293.
  12. Lindqvist P., Morner S., Karp K., Waldenstrom A. Onset of myocardial and blood flow motion during isovolumic relaxation / World Congress of Cardiology 2006. Barcelona-Spain, Online Abstract: P. 5235.
  13. Rojo E.C., Rodrigo J.L., L. Perez de Isla, Almeria C. et al. Disagreement between tissue Doppler imaging and conventional pulsed wave Doppler in the measurement of myocardial performance index // Eur. J. Echocardiogr. 2006; 7: 356.

УЗИ аппарат HS40

Лидер продаж в высоком классе. Монитор 21,5″ высокой четкости, расширенный кардио пакет (Strain+, Stress Echo), экспертные возможности для 3D УЗИ в акушерско-гинекологической практике (STIC, Crystal Vue, 5D Follicle), датчики высокой плотности.

ХАРАКТЕРИСТИКА ПОКАЗАТЕЛЕЙ СОСУДИСТОЙ ЖЕСТКОСТИ И ПРОЦЕССА РЕМОДЕЛИРОВАНИЯ ЛЕВОГО ЖЕЛУДОЧКА ПРИ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТЕНЗИИ У БОЛЬНЫХ, ПОЛУЧАЮЩИХ ЗАМЕСТИТЕЛЬНУЮ ПОЧЕЧНУЮ ТЕРАПИЮ

  • Аннотация
  • Об авторах
  • Список литературы
  • Cited By

Аннотация

Цель исследования — сравнительная характеристика показателей сосудистой жесткости и процесса ремоделирования левого желудочка у пациентов с артериальной гипертензией, получающих заместительную почечную терапию, и лиц с эссенциальной гипертензией.

Материал и методы. В исследование включено 158 человек, которые были разделены на группу 32 больных, получающих процедуры программного гемодиализа, группу 37 реципиентов почечного трансплантата, группу сравнения — 69 пациентов с эссенциальной артериальной гипертензией и группу контроля, которую составили 20 здоровых добровольцев. Всем пациентам проводилось суточное мониторирование АД с оценкой параметров жесткости сосудов и аортального давления. Определялись средние суточные, дневные и ночные значения систолического и диастолического артериального давления, пульсового артериального давления, центрального артериального давления, скорости пульсовой волны в аорте, времени распространения отраженной волны (Reflected Wave Transit Time) и индекса времени нормальной скорости пульсовой волны в аорте (Pulse Time Index of Norm) в течение всех суток, днем и ночью, а также степень снижения систолического и диастолического артериального давления. Кроме того, всем включенным в исследование проводилась эхокардиография в Ми В-модальном режимах.

Читать еще:  Монастырский сбор от гипертонии состав трав как принимать

Результаты. Группы пациентов на программном гемодиализе и после трансплантации почки по параметрам центрального и периферического артериального давления достоверно не различались. При сравнении групп пациентов на заместительной почечной терапии с группой эссенциальной артериальной гипертензии офисные значения систолического и диастолического артериального давления значимо не отличались, однако в ночные часы были выявлены достоверно более высокие значения диастолического и центрального артериального давления, а у пациентов после трансплантации почки также ночного систолического и ночного пульсового артериального давления. Повышение значений скорости пульсовой волны в аорте более 10 м/с было выявлено только в группах пациентов с хронической почечной недостаточностью. Во всех группах с артериальной гипертензией все показатели суточной сосудистой жесткости достоверно отличались от группы здоровых. PTIN (Pulse Time Index of Norm) в исследуемых группах отличался более наглядно: у здоровых добровольцев он был в диапазоне 80-90%, у пациентов с эссенциальной артериальной гипертензией — 50-60%, а у пациентов на программном гемодиализе и после трансплантации почки — 20-40%. Во всех группах пациентов с артериальной гипертензией средняя толщина межжелудочковой перегородки и задней стенки левого желудочка были близки к верхней границе нормы. В группах пациентов с артериальной гипертензией было также выявлено увеличение относительной толщины стенок левого желудочка. В обеих группах пациентов, получающих заместительную почечную терапию, было выявлено увеличение индекса массы миокарда левого желудочка по сравнению с нормативными параметрами (≤116 г/м2 у мужчин и ≤ 96 г/м2 у женщин). Систолическая функция левого желудочка и размеры полостей левого желудочка были в пределах нормальных значений во всех обследованных группах. Кроме того, у пациентов на программном гемодиализе по сравнению с эссенциальной артериальной гипертензией регистрировался достоверно больший конечный диастолический размер левого желудочка, а у пациентов после трансплантации почки — большая толщина задней стенки левого желудочка. Между группами пациентов на программном гемодиализе и после трансплантации почки достоверные отличия были выявлены в значениях индекса массы миокарда левого желудочка, толщине межжелудочковая перегородки и конечном систолическом размере левого желудочка. Кроме того, во всех группах пациентов с артериальной гипертензией регистрировалась тенденция к сферификации левого желудочка по сравнению с группой нормы, причем в группе эссенциальной артериальной гипертензией она была более выраженной по сравнению с группой артериальной гипертензией, ассоциированной с хронической почечной недостаточностью.

Заключение. У лиц с артериальной гипертензией, получающих заместительную почечную терапию, регистрируются более высокие значения среднесуточной скорости пульсовой волны в аорте, центрального давления и более длительный период повышения скорости пульсовой волны в аорте в течение суток, более высокие показатели жесткости сосудистой стенки, и менее выраженная сферификация левого желудочка, чем у пациентов с эссенциальной артериальной гипертензией при сопоставимых значениях офисного артериального давления.

Ключевые слова

Об авторах

Евгений Аркадьевич Праскурничий

Список литературы

1. Бойцов С.А., Погосова Н.В., Бубнова М.Г., и др. Кардиоваскулярная профилактика 2017. Российские национальные рекомендации. Российский кардиологический журнал. 2018; 23(6): 7-122. doi:10.15829/1560-4071-2018-6-7-122

2. Williams B., Mancia G., Wilko Spiering W. et al. 2018 ESC/ESH Guidelines for the management of arterial hypertension. Eur. Heart J. 2018; 39: 3021–3104. doi:10.1093/eurheartj/ehy339

3. Van Bortel L.M., Laurent S., Boutouyrie S.P. et al. Expert consensus document on the measurement of aortic stiffness in daily practice using carotid-femoral pulse wave velocity. J Hypertens. 2012; 30(3): 445-448. doi:10.1097/HJH.0b013e32834fa8b0

4. Laszlo A., Reusz G., Nemcsik J. Ambulatory arterial stiffness in chronic kidney disease: a methodological review. Hypertens Res. 2016;.39(4):.192-8. doi:10.1155/2012/178078

5. Рогоза А.Н., Балахонова Т.В., Чихладзе Н.М. и др. Современные методы оценки состояния сосудов у больных артериальной гипертонией. М.: Атмосфера. 2008; 72 с. ISBN 978-5-902123-31-6

6. Posokhov I.N., Kulikova N.N., Starchenkova I.V. et al. The «Pulse Time Index of Norm» highly correlates with the left ventricular mass index in patients with arterial hypertension. Vascular Health and Risk Management. 2014; 10: 139–44. doi:10.2147/VHRM.S58351

7. Omboni S., Posokhov I.N., Parati G. et al. 24-hour central blood pressure is better associated with target organ damage of hypertension than brachial blood pressure: the Vasotens Registry. Journal of Hypertension. 2017; 35: e82-e83. doi: 10.1097/01.hjh.0000523189.57049.80

8. Merezhanova A., Mazalov K., Tarlovskaya E. et al. Evaluation of circadian oscillation of arterial wall stiffness. Journal of Hypertension. 2016; 34: e131. doi:10.1097/01.hjh.0000491687.02726.a1

9. Rogoza A.N., Kuznetsov A.A. Central aortic blood pressure and augmentation index: comparison between Vasotens and SphygmoCor technology. Research Reports in Clinical Cardiology. 2012; 3: 27-33. doi:10.2147/RRCC.S30994

10. Бикбов Б.Т., Томилина Н.А. Состав больных и показатели качества лечения на заместительной терапии терминальной хронической почечной недостаточности в Российской Федерации в 1998-2013 гг. Отчет по данным регистра заместительной почечной терапии Российского Диализного Общества. Часть вторая. Нефрология и диализ. 2016; 18(2): 98-164.

11. United States Renal Data System. 2018 Atlas of CKD & ESRD. [Electronic resource]. URL: https://www.usrds.org/2018/view/Default.aspx. (date of the application: 05.06.2019).

12. Савицкий Н.Н. Биофизические основы кровообращения и клинические методы изучения гемодинамики. М.: Медицина. 1974; 312 с.

13. Parati G., Stergiou G., O’Brien E. et al. European Society of Hypertension Working Group on Blood Pressure Monitoring and Cardiovascular Variability: European Society of Hypertension practice guidelines for ambulatory blood pressure monitoring. J Hypertens. 2014; 32: 1359–1366. doi:10.1097/HJH.0000000000000221

14. Nichols W.W., O’Rourke M.F., Vlachopoulos C. McDonald’s. Blood Flow in Arteries, Sixth Edition: Theoretical, Experimental and Clinical Principles, 6th Edition. London: Hodder Arnold. 2011; 768 p.

15. Litwin M., Obrycki Ł., Niemirska A. et al. Central systolic blood pressure and central pulse pressure predict left ventricular hypertrophy in hypertensive children. Pediatr Nephrol. 2019; 34(4): 703-712. doi:10.1007/s00467-018-4136-7.

16. Palatini P., Rosei E.A., Avolio A. et al. Isolated systolic hypertension in the young: a position paper endorsed by the European Society of Hypertension. J Hypertens. 2018; 36(6): 1222-1236. doi:10.1097/HJH.0000000000001726

17. Lang R.M., Bierig M., Devereux R.B. et al. Recommendations for chamber quantification: a report from the American Society of Echocardiography’s Guidelines and Standards Committee and the Chamber Quantification Writing Group, developed in conjunction with the European Association of Echocardiography, a branch of the European Society of Cardiology. J Am SocEchocardiogr. 2005; 18: 1440-63. doi:10.1016/j.echo.2005.10.005

Для цитирования:

Праскурничий Е.А., Минюхина И.E. ХАРАКТЕРИСТИКА ПОКАЗАТЕЛЕЙ СОСУДИСТОЙ ЖЕСТКОСТИ И ПРОЦЕССА РЕМОДЕЛИРОВАНИЯ ЛЕВОГО ЖЕЛУДОЧКА ПРИ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТЕНЗИИ У БОЛЬНЫХ, ПОЛУЧАЮЩИХ ЗАМЕСТИТЕЛЬНУЮ ПОЧЕЧНУЮ ТЕРАПИЮ. Архивъ внутренней медицины. 2019;9(5):391-398. https://doi.org/10.20514/2226-6704-2019-9-5-391-398

Читать еще:  Монтессорисреда минимизируем затраты — создаём материалы своими руками

For citation:

Praskurnichiy E.A., Minyukhina I.E. PERFORMANCE OF THE VASCULAR STIFFNESS INDICATORS AND THE PROCESS OF LEFT VENTRICLE REMODELING IN HYPERTENSIVE PATIENTS UNDER RENAL REPLACEMENT THERAPY. The Russian Archives of Internal Medicine. 2019;9(5):391-398. https://doi.org/10.20514/2226-6704-2019-9-5-391-398


Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.

  • Отправить статью
  • Правила для авторов
  • Редакционная коллегия
  • Редакционный совет
  • Рецензирование
  • Этика публикаций

Е. А. Праскурничий
ФБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Министерства здравоохранения
Россия

Евгений Аркадьевич Праскурничий

И. E Минюхина
ФБУ ЗО «Приволжский окружной медицинский центр» Федерального медико-биологического агентства России
Россия

Как обнаружить гипертрофию левого желудочка?

Наиболее достоверным методом диагностики этого состояния является эхокардиография, или УЗИ сердца. С её помощью врач может рассчитать индекс массы миокарда и точно сказать, есть у пациента гипертрофия левого желудочка или нет.

Эхокардиография, парастернальная продольная ось: гипертрофия миокарда левого желудочка, межжелудочковой перегородки.

Также гипертрофию можно обнаружить при помощи электрокардиограммы. Однако нужно заметить, что на ЭКГ становятся заметными только довольно глубоко зашедшие нарушения. То есть, если на ЭКГ гипертрофию не видно, еще не значит, что её нет у больного.

Кроме того, на рентгеновском снимке также видны признаки увеличения левого желудочка. И все же наиболее точным и чувствительным методом в диагностике данного состояния остается УЗИ сердца.

ФАКТОРЫ РИСКА РАЗВИТИЯ ГИПЕРТРОФИИ МИОКАРДА ЛЕВОГО ЖЕЛУДОЧКА У БОЛЬНЫХ ПОДАГРОЙ

  • Аннотация
  • Об авторах
  • Список литературы
  • Cited By

Аннотация

Ключевые слова

Об авторах

Список литературы

Lorell B.H. Transition from hypertrophy to failure. Circulation 1997; 96: 3824—7.

Molkentin J.D., Olson E.N. GATA4: a novel transcriptional regulator of cardiac hypertrophy? Circulation 1997; 96: 3833—5.

Levy D., Garrison R.J., Savage D.D. et al. Prognostic implications of echocardiographically determined left ventricular mass in the Framingham Heart Study. N Engl J Med 1990; 322(22): 1561—6.

Koren M., Richard B., Devereux M. et al. Relation of left ventricular mass and geometry to morbidity and mortality in uncomplicated essential hypertension. Ann Intern Med 1991; 114: 345—52.

Российское медицинское общество по артериальной гипертонии. Диагностика и лечение артериальной гипертензии. Российские рекомендации (4-й пересмотр). Системн. гипертенз. 2010; 3: 5—33.

Vakili B., Okin P., Devereux R. Prognostic implications of left ventricular hypertrophy. Am Heart J 2001; 141: 334—41.

Bikkina M., Levy D., Evans J. et al. Left ventricular mass and the risk the stroke in elderly cohort: The Framingham Study. JAMA 1994; 272: 33—6.

Mensah G., Pappas T., Koren M. et al. Comparison of classification severity by blood pressure level and World Health Organization for prediction concurrent cardiac abnormalities and subsequent complications in essential hypertension. J Hypertens 1993; 11: 1429—30.

Simone G., Mureddu G., Greco R. et al. Relation of left ventricular geometry and function to body composition in children with high causal blood pressure. Hypertension 1997; 30(P 1): 377—82.

Koren M., Ulin R., Laragh J., Devereux R. Changes in LVH predict risk in essential hypertension. Circulation 1990; 83(Suppl. III): 27—9.

Bots M.L., Nikitin Y., Salonen J.T. et al. Left ventricular hypertrophy and risk of fatal and non-fatal stroke. EUROSTROKE: a collaborative study among research centres in Europe. J Epidemiol Commun Health 2002; 56(Suppl. 1): 8—13.

Kuzell W.C., Schaffarzick R.W., Naugler W.E. et al. Some observations on 520 gouty patients. J Chronic Dis 1995; 2: 645—69.

Vazguez-Mellado J., Garsia C.G., Vazguez S.G. et al. Metabolic syndrome and ischemic heart disease in gout. J Clin Rheumatol 2004; 10(3): 105—9.

Ильина А.Е., Барскова В.Г., Насонов Е.Л. Применение лозартана у больных подагрой. Кардиоваск. тер. и профилакт. 2008; 7(2): 51—3.

Weiss T.E., Segaloff A. Gouty arthritis and gout. Springfield, III: Thomas, 1959; 7.

Wyngaarden J.B., Kelley W.N. Gout and hyperuricemia. New York, 1976; 512.

The Bogalusa Heart Study: 20th Anniversary Symposium. Am J Med Sci 1995; 310(Suppl. 1): 1 — 138.

Alper A.B. Jr, Chen W., Yau L. et al. Childhood uric acid predicts adult blood pressure: the Bogalusa Heart Study. Hypertension 2005; 45: 34—8.

Sundström J., Sullivan L., D’Agostino R.B. et al. Relations of serum uric acid to longitudinal blood pressure tracking and hypertension incidence. Hypertension 2005; 45(1): 28—33.

Jossa F., Farinaro E., Panico S. et al. Serum uric acid and hypertension: the Olivetti heart study. J Hum Hypertens 1994; 8: 677—81.

Taniguchi Y., Hayashi T., Tsumura K. et al. Serum uric acid and the risk for hypertension and Type 2 diabetes in Japanese men: The Osaka Health Survey. J Hypertens 2001; 19(7): 1209—15.

Choi H.K., Atkinson K., Karlson E.W., Curhan G. Obesity, weight change, hypertension, diuretic use, and risk of gout in men: the health professionals follow-up study. Arch Intern Med 2005; 165(7): 742—8.

Kang D.-H., Nakagawa T., Feng L. et al. A role for uric acid in the progression of renal disease. J Am Soc Nephrol 2002; 13: 2888-97.

Johnson R.J., Kang D.-N., Feig D. et al. Is there a pathogenetic role for uric acid in hypertension and cardiovascular and renal disease? Hypertension 2003; 41: 1183-90.

Johnson R.J., Rodriguez-Iturbe B., Kang D.H. et al. A unifying pathway for essential hypertension. Am J Hypertens 2005; 18: 431—40.

Nakagawa Т., Mazzali M., Kang D.-H. et al. Hyperuricemia causes glomerular hypertrophy in the rat. Am J Nephrol 2003; 23: 2-7.

Mazzali M., Hughes J., Kim Y.G. et al. Elevated uric acid increases blood pressure in the rat by a novel crystal-independent mechanism. Hypertension 2001; 38(5): 1101—6.

Mazzali M., Kanellis J., Han L. et al. Hyperuricemia induces a primary renal arteriolopathy in rats by a blood pressure-independent mechanism. Am J Physiol Renal Physiol 2002; 6: 991-7.

Alderman M.N., Cohen H., Madhvan S. et al. Serum uric acid and cardiovascular events in successfully treated hypertensive patients. Hypertension 1999; 34: 144-50.

Campo C., Ruilope L.M., Segura J. et al. Hyperuricemia, low urine urate excretion and target organ damage in arterial hypertension. Blood Press 2003; 12: 277-83.

Viazzi F., Parodi D., Leoncini G. et al. Serum uric acid and target organ damage in primary hypertension. Hypertension 2005; 45: 991—6.

Iribarren C., Folsom A.R., Eckfeldt J.H. et al. Correlates of uric acid and its association with asymptomatic carotid atherosclerosis: the ARIC study. Ann Epidemiol 1996; 6: 331-40.

Cuspidi C., Valerio C., Sala C. et al. Lack of association between serum uric acid and organ damage in a never-treated essential hypertensive population at low prevalence of hyperuricemia. Am J Hypertens 2007; 20: 678—85.

Читать еще:  Прободная язва — причины признаки проявления и прогноз

Dahlof B., Devereux R.B., Kjeldsen S.E. et al. Cardiovascular morbidity and mortality in the Losartan Intervention For Endpoint reduction in hypertension study (LIFE): a randomized trial against atenolol. Lancet 2002; 359: 995-1003.

Kuo C.-F., Yu K.-H., Luo S.-F. et al. Role of uric acid in the link between arterial stiffness and cardiac hypertrophy: a cross-sectional study. Rheumatology (Oxford) 2010; 49(6): 1189—96.

Tsioufis C., Stougiannos P., Kakkavas A. et al. Relation of left ventricular concentric remodeling to levels of C-reactive protein and serum amyloid A in patients with essential hypertension. Am J Cardiol 2005; 96(2): 252—6.

Schumacher H.R. Jr. Crystal-induced arthritis: an overview. Am J Med 1996; 100: 46-52.

Reichek N., Devereux R.B. Left ventricular hypertrophy: relationship of anatomic, echocardiographic and electrocardiographic findings. Circulation 1981; 63: 1391-8.

Wallace S.L., Robinson H., Masi A.T. et al. Preliminary criteria for the classification of the acute arthritis of gout. Arthr Rheum 1977; 20: 895—900.

World Health Organization (WHO). Obesity: prevention and management of the global epidemic. Report of the WHO Consultation. World Health Organ Tech. Rep Ser 2000; 894(i—xii): 1 —253.

World Health Organization (WHO). Prevention and management of the global epidemic of obesity. Report of the WHO Consultation on Obesity. Geneva: WHO, 1997.

Seidell J. Obesity in Europe. Obes Res 1995; 3(Suppl. 2): 89s—93s.

Stern J., Hirsch J., Blair S. et al. Weighting the options: criteria for evaluating weight-management programs. The Committee to Develop Criteria for Evaluating the Outcomes of Approaches to Prevent and Treat Obesity. Obes Res 1995; 3(6): 591—604.

Mancia G., de Backer G., Dominiczak A. et al. Guidelines for the Management of Arterial Hypertension: The Task Force for the Management of Arterial Hypertension of the European Society of Hypertension (ESC). J Hypertens 2007; 25(6): 1105—87.

Devereux R.B., Alonso D.R., Lutas E.M. et al. Echocardiographic assessment of left ventricular hypertrophy: comparison to necropsy findings. Am J Cardiol 1986; 57(6): 450—8.

Lang R.M., Bierig M., Devereux R.B. et al.; Chamber Quantification Writing Group; American Society of Echocardiography’s Guidelines and Standards Committee; European Association of Echocardiography. Recommendations for chamber quantification: a report from the American Society of Echocardiography’s Guidelines and Standards Committee and the Chamber Quantification Writing Group. J Am Soc Echocardiogr 2005; 18(12): 1440—63.

Васюк Ю.А. Функциональная диагностика в кардиологии: клиническая интерпретация. М.: Практическая медицина, 2009; 312 с.

Schillaci G., Verdecchia P., Porcellatti C. et al. Continuous relation between left ventricular mass and cardiovascular risk is essential hypertension. Hypertension 2000; 35: 580-6.

Gottdienner J.S., Reda D.J., Materson B.J. et al. Importance of obesity, race and age to the cardiac structural and functional effects of hypertension. J Am Coll Cardiol 1994; 24: 1492-8.

Poirier P., Giles T., Bray G. et al. Obesity and cardiovascular disease: pathophysiology, evaluation, and effects of weight loss. An update of the 1997 american heart association scientific statement on obesity and heart disease from the obesity committee of the council on nutrition, physical activity, and metabolism. Circulation 2006; 113: 898—918.

Neves M.F., Schiffrin E.L. Aldosterone: A risk factor for vascular diseases. Cur Hypertens Rep 2003; 5: 59-65.

Sato A., Saruta T. Aldosterone escape during angiotensin-converting enzyme inhibitor therapy in essential hypertensive patients with left ventricular hypertrophy. J Intern Med Res 2001; 29: 13—21.

Hameedi A., Shadow H.L. The promise of selective aldosterone receptor antagonists for the treatment of Hypertension and Chronic Heart Failure. Cur Hypertens Rep 2000; 2: 378-83.

Мычка В.Б., Горностаев В.В., Шикина Н.Ю., Чазова И.Е. Артериальная гипертония и ожирение. Gons med 2001; 2(прил.): 17—22.

Braiser A.R., Resinos A., Eledrisi M.S. Vascular inflammation and the renin-angiotensin system. Arterioscler Thromb Vasc Biol 2002; 22: 1257—66.

Stenvinkel P. Endotelial dysfunction and inflammation — is there link? Nephrol Dial Transplant 2001; 16: 1968-71.

Krumholz H.M., Larson M., Levy D. Prognosis of left ventricular geometric patterns in the Framingham Heart Study. J Am Coll Cardiol 1995; 25: 879—84.

Лазебник Л.Б., Комиссаренко И.А., Милюкова О.М. Систолическая артериальная гипертония у пожилых. Рус. мед. журн. 1997; 5(20): 6—9.

Devereux R.B., Roman M.J., de Simone G. et al. Relations of left ventricular mass to demographic and hemodynamic variables in american indians. Circulation 1997; 96: 1416-23.

Task Force of the European Society of Cardiology and North American Society of Pacing and Electrophysiology. Heart rate variability, standarts of measurements, physiological interpretation, and clinical use. Circulation 1996; 93: 1043-65.

Kannel W.B., Dannenberg A.L., Levy D. et al. Population implication of electrocardiographic left ventricular hypertrophy. Am J Cardiology 1987; 60: 851—931.

Sullivan J.M., Zwaag R.V., El-Zeky F. et at. Left ventricular hypertrophy: effect on survival. J Am Coll Cardiol 1993; 22(2): 508—13.

Verdecchia P., Schillaci G., Borgioni С. el al. Prognostic value of a new electrocardiographic method for diagnosis of left ventricular hypertrophy in essential hypertension. J Am Coll Cardiol 1998; 31(2): 383—90.

Для цитирования:

Маркелова Е.И., Барскова В.Г., Волков А.В., Korsakova Y.O., Ilyinykh E.V. ФАКТОРЫ РИСКА РАЗВИТИЯ ГИПЕРТРОФИИ МИОКАРДА ЛЕВОГО ЖЕЛУДОЧКА У БОЛЬНЫХ ПОДАГРОЙ. Научно-практическая ревматология. 2012;50(5):45-50. https://doi.org/10.14412/1995-4484-2012-1181

For citation:

Markelova E.I., Barskova V.G., Volkov A.V., Korsakova Yu.O., Ilyinykh E.V. RISK FACTORS FOR THE DEVELOPMENT OF LEFT VENTRICULAR MYOCARDIAL HYPERTROPHY IN PATIENTS WITH GOUT. Rheumatology Science and Practice. 2012;50(5):45-50. (In Russ.) https://doi.org/10.14412/1995-4484-2012-1181


Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.

Профилактика

Гипертрофия левого желудочка является лишь следствием определенных патологических процессов, поэтому важно соблюдать правила профилактики, чтобы не допускать их развития:

  • отказаться от алкоголя и наркотических средств;
  • бросить курить;
  • снизить к минимуму потребление кофеина и энергетиков;
  • ежегодно проходить полное обследование;
  • полноценно высыпаться (7-8 часов в сутки);
  • полностью долечивать возникающие заболевания;
  • подкорректировать рацион питания;
  • заниматься спортом;
  • стараться сильно не перегружаться физически и умственно;
  • избегать стрессов.

Разрастание стенки левого желудочка также происходит по вине прочих факторов, среди которых первое место занимают болезни сердечно-сосудистой системы. Ускоряют развитие патологического процесса дисфункции внутренних органов, вредные привычки, лишняя масса тела и стрессы. В качестве лечения применяются медикаменты и другие средства, направленные на устранение причины и снижение нагрузки с сердца. Запущенные случаи требуют оперативного вмешательства.

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector